ПОЧЕМУ В ЧЕРНОМ МОРЕ ТАК МНОГО ВИДОВ-ВСЕЛЕНЦЕВ?

          Понт Эвксинский – гостеприимное море. И это утверждение касается не только мореплавателей, но и экзотических морских обитателей. Многим из них, случайно или намеренно заселенным в новые условия, Черное море оказалось куда лучшим домом, чем историческая родина (или как говорят биологи, природный ареал). Многие чужестранцы на новой родине просто незаметно встраиваются в местную экосистему, ничего в ней существенно не меняя. К примеру, моллюски мия (Mia arenarea) из Северной Атлантики и анадара (Anadara kagoshimensis) из Индонезии, прижились в Черном море и сейчас являются вполне органичной частью фауны. Однако нередко вселенцы размножаются с невероятной скоростью, и тогда они могут конкурировать с местными видами вплоть до полного их вытеснения, выедать местную флору и фауну, не готовую к такому прессу нового «соседа». Такие виды называют инвазивными. В истории Черного моря примеры биоинвазий далеко не одиноки – завезенная из Тихого океана кефаль пиленгас (Liza haematocheilus) на фоне падения численности местных видов кефалей составила им сильную конкуренцию, в части черноморских стран их пришлось отнести к охраняемым видам. Завезенный в конце 1940-х из Японского моря хищный брюхоногий моллюск рапана (Rapana venosa) полностью уничтожил всю черноморскую популяцию устрицы и сильно подорвал запасы мидии. Но самый сильный удар по экосистеме Черного моря нанесло случайное вселение гребневика мнемиопсиса (Mnemiopsis leidyi), впервые отмеченного в Черном море в конце 1980-х гг. Этот типичный вид желетелых (более 99% массы его тела составляет вода, как и у медуз) – активный хищник, поедающий зоопланктон, икру и личинки рыб. Природный ареал этого вида – опресненные заливы атлантических берегов Северной Америки. Он обладает такой высокой плодовитостью и быстрым темпом роста, что к концу 1980-х годов общая биомасса мнемиопсиса в Черном море приблизилась к одному миллиарду тонн. При такой численности он оказался серьезным пищевым конкурентом пелагических рыб, а как потребитель их икры и личинок – еще и прямым врагом, что привело в 1989–1990 гг. к катастрофическому падению уловов хамсы, или европейского анчоуса (Engraulis encrasicolus). Только когда в конце 1990-х в Черное море так же вселился другой вид гребневиков из североамериканских вод – берое (Beroe ovata), который в природном ареале питается мнемиопсисом, численность последнего существенно уменьшилась (берое каждый год выедает до четверти популяции мнемиопсиса), и популяция хамсы начала восстанавливаться.

Новые виды попадают в Черное море несколькими путями. Прежде всего, путем естественной миграции из Средиземного моря через Босфор. Так образовалась значительная часть (около 80%) всей современной фауны, которую мы сейчас считаем «коренной» черноморской, и вполне логично, что процесс такой миграции продолжается. А ведь до соединения Черного моря со Средиземным (то есть около 5-7 тысяч лет назад – очень немного в геологическом масштабе времени!) его населяли полупресноводные виды, сейчас сохранившиеся в Каспийском море и наиболее пресных частях Черного, как их теперь называют «понтокаспийские реликты» (яркий пример – осетровые рыбы).

Другой путь попадания чужестранных видов – перевозка с балластными водами судов. Именно так в Черноморские воды попали и рапана, и мнемиопсис, и берое, и многие другие виды. В Черном море лучше всего приживаются виды, которые у себя «дома» населяют дельты и эстуарии рек, где соленая вода смешивается с пресной. Соленость Черного моря вдвое ниже океанской, потому виды, живущие в таких распресненных водах, попав сюда обнаруживают как бы «гигантский эстуарий» и получают невиданные у себя дома условия для массового развития.

Впрочем, Черное море не только страдает от непрошенных гостей, но и само стало источником биологических инвазий для других стран – ведь судоходство осуществляется во все стороны света и балластные воды судов производят обмен фауной и флорой между морями, разнесенными на тысячи километров. Так, в Северной Америке именно черноморские виды (кстати, понтокаспийские реликты) – двустворчатые моллюски рода дрейссена (Dreisena polymorpha) и бычок-кругляк (Neogobius melanostomus) заселили Великие Озера и стали там настоящим бедствием. Бычок-кругляк в последние годы был завезен также и в Балтийское море, где тоже стал массовым агрессивным инвазивным видом, отразившимся на рыболовной отрасли всех стран Балтии.

          С оригиналом можно ознакомиться здесь